realwired

Так как Дрим на треть населён математиками, расскажу и я что-нибудь математическое. Как-никак, я всё ж типа математик. И диплом в ФРГ подтвердил, да.

Что Гугл, что Паствью, что Яндекс-Рамблер в поиске выдают некоторое количество старых чёрно-белых фоток из Омского государственного университета (нынче он аж имени Достоевского), которые, в общем и целом, составляют три категории: мы на картошке, мы на субботнике, мы в стройотряде.

"На картошку" гоняли весь сентябрь. Студенты выходили после каникул, и единственное, что они видели в универе - это расписание поездок "на помощь труженикам села". Я тоже туда ездил, куда ж без того. Старался особо не спешить и заканчивал свою грядку ровно к сдаче урожая и ожиданию обратного автобуса. Потому что если выполнить норму раньше, то тебя заставят "помогать отстающим", то есть, девочкам. Те, как только выходили на поле, переворачивали вёдра, садились на них и болтали ерундой до и после обеда. Естественно, грядки оставались неубранными, их убирали те, кто уже собрал свою грядку. В результате кто-то не работал вообще, а кто-то делал две нормы - за себя и "за ту девушку". Ну да. "Мы же хотим уехать пораньше? Я понимаю, вы устали, но давайте, ребята, поднажмём ещё немного. Совсем ведь ничего осталось, вон до того флажка."

И так весь сентябрь.

Всесоюзный ленинский коммунистический субботник проходил в последнюю субботу перед днём рождения величайшего гения всех времён и народов, вождя мирового коммунистического и рабочего движения, философа, теоретика, развившего вечно живое учение Карла Маркса, и вообще милого дедушки - Владимира Ильича Ленина. День его рождения - 22 апреля (не путать с 20 апреля - днём рождения Адольфа Гитлера). Как сказал поэт Марк Лисянский:

Конечно, Ленин мог зимой родиться -
И в декабре, и в снежном феврале,
Но всё-таки я рад, что пели птицы,
Когда он появился на земле.

Гитлер тоже родился в апреле, под пение птиц сквозь молоденькую, свежую листву. Но это так, лирика.

Каждый субботник делали одно и то же: благоустраивали территорию. Выгребали остатки снега, грабили (или как там называется разравнивание граблями) землю, собирали мусор и всё такое. Улизнуть не удавалось никому. "Все примут горячее участие!"



На фотке изображён, кстати, ни кто иной, как Георий Петрович Кукин, доктор наук, профессор, специалист в области алгебры, теории групп и теории чисел, декан матфака. Под влиянием его незаурядной научно-творческой личности половина факультета носилась с алгебрами Ли и универсальными обёртывающими. Что это такое, я и раньше-то не знал, а теперь давно забыл даже то, что не знал. Но так как я сумел пролезть через весь курс университета, словно через игольное ушко, предметы Георгия Петровича не составили исключения.

Стройотряды формировались через комсомольскую организацию на время летних каникул. Ездили обязательно куда-то далеко, за пару тысяч километров. Из Омска ездили в Забайкалье, из Забайкалья - в Омск, с Кубани - в Казахстан, а с Казахстана - на Кубань. Смысл таких передвижений оставался неясен, зато студенты за пару месяцев тяжёлого труда с зари и до зари могли заработать неплохие деньги.

Альтернатива стройотряду была в виде так называемой "летней отработки". Надо было приходить в универ и что-то там выносить, заносить, красить и отмывать.

Ещё одной альтернативой, которая была только на омском матфаке, являлась работа в Летней математической школе. Целый месяц в Нижнеомском районе области школота перед десятым классом с утра до раннего вечера слушала лекции и решала задачи. Я тоже провёл там свой собственный месяц, про это я уже рассказывал. Повторяться не буду. Проект возглавляли как вышеупомянутый Георгий Петрович Кукин, так и ещё один преподаватель, парторг факультета, а впоследствии - контролировавший половину Омска олигарх Геннадий Шмерельевич Фридман. Именно благодаря лично Фридману я вообще доплёлся до диплома и даже получил его.

В тексте по ссылке находятся три фотографии. На средней фотографии, в самой середине стоит блондин в очках. Это Александр Константинович Гуц, преподававший у нас топологию - про непрерывность пространств и разные геометрические фигуры.

Что же касается "трудового семестра", то я ограничивался летней отработкой. Причина более чем прозаическая: вечерами я играл в ресторане "Сибирские огни" клавишником, где зарабатывал ничуть не хуже стройотряда, только круглый год. Отлучаться из города мне было никак нельзя.

Из остального населения факультета запомнился Олег Гателюк, учившийся на пару курсов старше. Он был сверхновой звездой факультета, ленинским стипендиатом, блестящим знатоком алгебр Ли и универсальных обёртывающих алгебр и прочая и прочая. Слава о нём гремела на факультете многие годы после того, как Олег закончил универ.

Мы с ним иногда общались на музыкальные темы. Разбирали фуги из ХТК Баха, додекафонные произведения Антона Веберна (а они вообще скорее математика, чем музыка), просто беседовали о музыкальном том и сём. Про математику речь зашла только однажды. Я сказал Олегу, что перепутавшие этаж и случайно забредшие на факультет люди, вроде меня, тоже нужны. Без них не было бы факультета, а без факультета не было бы ни Летней и Четверговой математических школ, не было бы ни нормальных учёных, ни диссертаций. И самому Олегу пришлось бы учиться за тридевять земель, потому что ради него и Лены Рокшиной (ещё одной звезды) никто не будет содержать столько преподавателей. А так факультет существует, хоть и едва-едва вытягивает дозволенную нижнюю границу численности. И существует именно благодаря такому балласту, как я.

На что Олег ответил так: не всем же быть Кукиными и Колмогоровыми, кто-то должен и в Транспортном институте преподавать.

Он как в воду смотрел. Сверхновые звёзды быстро угасают. Угасла и его звезда. Он уехал в аспирантуру в Новосибирск, откуда от него не было ни слуху ни духу. Потом вернулся в Омск, защитил-таки кандидатскую (я думал, он её на пятом курсе левой пяткой напишет) и... всю жизнь проработал преподавателем того самого Транспортного института (официально - Институт инженеров железнодорожного транспорта, куда я вообще-то первоначально собирался поступать на специальность "теплотехника" или что-то вроде).

Была ещё одна внештатная преподавательница Светлана Николаевна, почасовик кафедры прикладной математики под руководством вышеупомянутого Геннадия Шмерельевича Фридмана. Это была высокая, шикарная женщина, одевавшаяся всегда дорого и со вкусом, распространявшая в пространстве запах тонкого парфюма. В университет она приезжала на собственных "Жигулях". На людей неизменно смотрела, как на говно. Сверху вниз. Преподавала она какой-то странный предмет вроде математической статистики. Экзамены у неё превращались в тихий ужас. Но мне она поставила пятёрку.

Одногруппница Катя Родионова прокомментировала это событие примерно так: вы, евреи, всегда друг друга вытягиваете. При этом Светлана Николаевна была такой же Светланой Николаевной, как Шарль Азнавур - Шарлем Азнавуром. По национальности она была татаркой с непроизносимыми инициалами. Однажды я был у неё дома и увидел фотографию её родителей в типично татарской национальной одежде. Когда я сообщил об этом Кате Родионовой, она отреагировала неизменным: вы, евреи, вечно друг друга выгораживаете.

После того экзамена, где я получил легендарную пятёрку, я подошёл к Светлане Николаевне и сказал, что хотел бы под её руководством написать дипломную работу. Её стандартное выражение лица - едва заметная брезгливая ухмылка - ничуть не изменилось, но всё равно было видно, что она как минимум очень удивлена. Ни до меня, ни после никто диплом по её специальности не писал.

Она лишь ответила, дескать, диплом - это ж на пятом курсе, да? Вот давайте на пятом курсе и поговорим.

На пятом курсе я снова отыскал её и напомнил о тогдашнем разговоре. Она окинула меня своим незабываемым и непередаваемым словами взглядом и сказала примерно следующее: "Да, я прекрасно помню. Значит, вы не передумали. Вас так привлекают прикладные темы?"

Я объяснил, что на кону моя жизнь в прямом, биологическом смысле. Потому что диплом по чистой математике меня убьёт, кроме шуток. Она ответила, что на эмоциональный шантаж никогда не поддавалась, так что про смерть оставим. Но диплом по статистике - это прикольно. Можно попробовать. Ей самой интересно, как это всё будет выглядеть.

Диплом я написал на тему демографии. Разрешили её только потому, что начиналась Перестройка. Ещё пару лет назад такое ни в жисть бы не пропустили.

Да, а ещё было некое "посвящение в студенты". Принимать участие в этом шоу я отказался и так и не стал настоящим студентом. На последующие мероприятия меня даже приглашать не стали, что было мне очень на руку. Были дела поважнее.