Вот же тупые мрази

  
Не повернув головы кочан, и чувств никаких не изведав, пишут недрогнувшей рукой "leading to the end of war" (ХАМАС предложил).

Какой в жопу "end of war"? End они желают от Израиля, о себе любимых никакой речи нет - end of war с террористами, но никакого end  для террора, да вы что!

Картинки с ВДНХ. Картина первая (маслом, со слоем икры)

  В основном для совкодрочеров. Никаких комментариев, просто люди вспоминают.

(тут о инвалютных суточных, капающих морякам в загранрейсах)" ...обменял в Японии по курсу триста иен за доллар. В итоге у меня получилось почти четыре тысячи иен. Сумма для советского моряка приличная. За девятьсот иен покупаю черные тетроновые брюки, в то время очень модные во флотской молодежной среде. Которые в Японии носят до сих пор студенты и школьники. За шестьсот иен белый свитер – водолазку. И конечно остроносые туфли на венском трехсантиметровом каблучке. В то время это был стандартный прикид моряка загранзаплыва. А на остальные деньги набираю пять газовых косынок, цветных и красивых, по сто иен за штуку. Во Владивостоке их купят прямо на борту по десятке за штуку. В городе, на «барахолке» дороже. Но там опасно, можно налететь на обэхээсэсников. И прощай виза. Нормальная коммерция, когда за сто иен получаешь десять рублей. Ниже плохо, выше супер. На остаток иен покупаю женские заколки. Пять цветных проволочек на картонке стоят шестьдесят иен. И продается эта картонка соответственно за пять рублей. Если в месяц делать три рейса, то получается приличная сумма. Вернее очень высокая зарплата по меркам социализма"

Считайте. 4000 Йен за рейс, в месяц их три. Итого 12000. Безрисковая коммерция - 10 Йен рубль. Удобно считать - просто отбрасываем нолик.

1200 рэ в месяц.

Неплохая для середины 80-х прибавка к зарплате, не так ли, друзья?

Картинки с ВДНХ. Картина вторая (маслом, но машинным)

 
Куйбышев. Советские инженеры, а так же  доценты с кандидатами.

"Ох уж эта "гостиничка" от завода Прогресс и ЦСКБ. Сколько там времени провёл в 80-х годах - страшно вспомнить. Обычно прилетали на заводской аэродром на служебном АН-24 и автобус провозил транзитом через территорию завода прямо в эту гостиницу (а лучше сказать общагу). Комнаты были на четверых, удобства и кухня на этаже. Хотя кухня была, но посуды практически не было - обычно только несколько тарелок, обязательные граненые стаканы и чайник. Вот в таких условиях и жили инженеры и ученые космической отрасли.

Главной бытовой проблемой в Куйбышеве была еда. Обычно мы привозили с собой из Питера всякие консервы, колбасу, сыр - для завтраков и ужинов. В магазинах там было абсолютно пусто, а если что и было в наличии, то только по талонам для местных жителей. А заведений общепита я честно говоря вообще не помню в районе Безымянка. В заводской столовой кормили "обедом" (если это можно так назвать). Сначала обедали работники цехов, потом инженеры ЦСКБ, а командированные запускались в столовую в последнюю очередь. К этому моменту обычно практически всё было уже съедено. Запомнился местный "плов" - единственное, что оставалось для приезжих. Плов представлял из себя рис с желтой подливкой, подозрительно напоминавшей машинное масло.

Если командировка затягивалась и привезенные с собой продукты заканчивались, то вот тут и начинались настоящие трудности - после работы приходилось бегать по магазинам и искать корм. Помню как-то нашли вермишель серого цвета и маринованые помидоры зеленово цвета в трехлитровой банке - Советские люди должны помнить эту закуску. Кстати - водка в то время была и даже без талонов. Пришли в гостиницу и сварили вермишель в чайнике - кастрюли не было. Ну и ничего, под водочку вермишель с помидорами - не так уж плохо.

 

Ну и на последок - про граненые стаканы. Как-то помню прилетели, поселились и сели отмечать хорошее начало командировки. Разлили по стаканам, закуска хорошая, Питерская. А когда поднесли стаканы к носу то обнаружили подставу - жуткий запах. Видимо до нас в комнате жили такие ученые космической отрасли, которые пили из этих стаканов тройной одеколон."

Картинки с ВДНХ. Картина третья (корень учения горек, а плоды его ...)

   
Не лишён познавательного интереса бэкграунд успешного советского моряка торгфлота.

Тут было все просто - выпускник ВМШ, Владивостокской Морской Школы. Это ПТУ, фактически - 8 классов образования. В теории должны были вытягивать до программы общеобразовательных 10и классов, но "мы-то знаем"(с). 

Зато это блестящее образование обеспечило ему работу палубным матросом 2 класса. С доходом в три профессорских (за должность + степень), буквально на второй год.

Не уверен, что нынешние джуны имеют такой же рост.

Картинки с ВДНХ. Картина четвертая - грехи наши тяжкие (кто не рискует - тот не обедает с пивом)

   
Что важно понимать - упомянутые сверхдоходы ловкого морячка это именно "доходы", но не "прибыль". Прибыль - это другое.  Доход же был совершенно по тем меркам безгрешным, то есть не нёс с собой практически никакого риска. Не суетись, не зарывайся - и ты всегда беспалевно будешь иметь скромное своё.

Разумеется, после того как зелёный мореход набирался опыта, ума-разума и осмысливал свои наблюдения - перед ним открывались новые зияющие вершины.

Там уже появлялся реальный риск, но и деньги были совсем другие. Добавлялся минимум нолик, а то и два. Понятно, что речь идёт не о банальной мелкой спекуляции, но - контрабанде. Даю слово самому персонажу:

"За контрабандистами установлена слежка, которая результата не дала. Контрабандисты были профессионалами. И ничего не оставалось капитану и помполиту, как обо все этом сообщить куда надо. В результате, один из моих друзей, работавший на рефрижераторе «Лариса Рейснер» был уволен из пароходства.

Он возил во Вьетнам фотопленку, фотобумагу, сливочное масло, электроприборы. И многое что другое. Этим товаром его снабжали береговые компаньоны. Все это продавалось в Хайфоне за американские доллары. Доллары во Владивостоке передавались на лесовоз «Лахта», на которые закупались джинсы в товарном виде. Почти два года моряки «крутили» эту тему, пока не налетели на стукача. Организовавший весь этот бизнес береговой матрос с рейдового катера получил пять лет реального срока. Никого не сдал. Взял вину на себя. Вышел условно - досрочно через два года.

Как я писал выше, моего друга с рефа уволили из пароходства. На срок раскрутить не смогли. Береговые компаньоны прикрыли – откупили. Под суд попал мой второй товарищ, артельщик с «Лахты». Он пошел как организатор преступного бизнеса в крупном размере. Его решили судить прямо в «бичхолле», то есть в гостинице моряков на «Посьетской», чтобы другим неповадно было. Обычно при таких показательных судах дают максимальный срок, который за незаконные валютные операции начинался от трех лет и до восьми. И судью подобрали соответствующую, принципиальную и суровую коммунистку.

Казалось все, финал суровый неотвратим. Вот только деньги и при советской власти играли главную, вернее наиглавнейшую роль. И моряки – контрабандисты не собирались ждать приговора в покорном ожидании. Пять тысяч рублей были заплачены кому надо. Принципиальную судью отправили в командировку в край, помогать провинциальным судьям. Артельщик с «Лахты» получил минимум. Всего три года «химии». Недалеко от морского вокзала стоял старый пассажирский лайнер «Якутия», который переоборудовали под заключенных – «химиков». Вот Слава там и числился год с небольшим. А там и условно – досрочное."

Вы непременно пожелаете узнать, друзья - а много ли находилось таких рискОвых? Хм. Кары за "левак" в советской торговле были ничуть не меньше, но не было торговой точки без "подземной" деятельности. Думайте сами.

Картинки с ВДНХ. Картина первая (маслом, со слоем икры)

В основном для совкодрочеров. Никаких комментариев, просто люди вспоминают.

(тут о инвалютных суточных, капающих морякам в загранрейсах)" ...обменял в Японии по курсу триста иен за доллар. В итоге у меня получилось почти четыре тысячи иен. Сумма для советского моряка приличная. За девятьсот иен покупаю черные тетроновые брюки, в то время очень модные во флотской молодежной среде. Которые в Японии носят до сих пор студенты и школьники. За шестьсот иен белый свитер – водолазку. И конечно остроносые туфли на венском трехсантиметровом каблучке. В то время это был стандартный прикид моряка загранзаплыва. А на остальные деньги набираю пять газовых косынок, цветных и красивых, по сто иен за штуку. Во Владивостоке их купят прямо на борту по десятке за штуку. В городе, на «барахолке» дороже. Но там опасно, можно налететь на обэхээсэсников. И прощай виза. Нормальная коммерция, когда за сто иен получаешь десять рублей. Ниже плохо, выше супер. На остаток иен покупаю женские заколки. Пять цветных проволочек на картонке стоят шестьдесят иен. И продается эта картонка соответственно за пять рублей. Если в месяц делать три рейса, то получается приличная сумма. Вернее очень высокая зарплата по меркам социализма"

Считайте. 4000 Йен за рейс, в месяц их три. Итого 12000. Безрисковая коммерция - 10 Йен рубль. Удобно считать - просто отбрасываем нолик.

1200 рэ в месяц.

Неплохая для середины 80-х прибавка к зарплате, не так ли, друзья?

Картинки с ВДНХ. Картина вторая (маслом, но машинным)

 
Куйбышев. Советские инженеры, а так же  доценты с кандидатами.

"Ох уж эта "гостиничка" от завода Прогресс и ЦСКБ. Сколько там времени провёл в 80-х годах - страшно вспомнить. Обычно прилетали на заводской аэродром на служебном АН-24 и автобус провозил транзитом через территорию завода прямо в эту гостиницу (а лучше сказать общагу). Комнаты были на четверых, удобства и кухня на этаже. Хотя кухня была, но посуды практически не было - обычно только несколько тарелок, обязательные граненые стаканы и чайник. Вот в таких условиях и жили инженеры и ученые космической отрасли.

Главной бытовой проблемой в Куйбышеве была еда. Обычно мы привозили с собой из Питера всякие консервы, колбасу, сыр - для завтраков и ужинов. В магазинах там было абсолютно пусто, а если что и было в наличии, то только по талонам для местных жителей. А заведений общепита я честно говоря вообще не помню в районе Безымянка. В заводской столовой кормили "обедом" (если это можно так назвать). Сначала обедали работники цехов, потом инженеры ЦСКБ, а командированные запускались в столовую в последнюю очередь. К этому моменту обычно практически всё было уже съедено. Запомнился местный "плов" - единственное, что оставалось для приезжих. Плов представлял из себя рис с желтой подливкой, подозрительно напоминавшей машинное масло.

Если командировка затягивалась и привезенные с собой продукты заканчивались, то вот тут и начинались настоящие трудности - после работы приходилось бегать по магазинам и искать корм. Помню как-то нашли вермишель серого цвета и маринованые помидоры зеленово цвета в трехлитровой банке - Советские люди должны помнить эту закуску. Кстати - водка в то время была и даже без талонов. Пришли в гостиницу и сварили вермишель в чайнике - кастрюли не было. Ну и ничего, под водочку вермишель с помидорами - не так уж плохо.

 

Ну и на последок - про граненые стаканы. Как-то помню прилетели, поселились и сели отмечать хорошее начало командировки. Разлили по стаканам, закуска хорошая, Питерская. А когда поднесли стаканы к носу то обнаружили подставу - жуткий запах. Видимо до нас в комнате жили такие ученые космической отрасли, которые пили из этих стаканов тройной одеколон."

Картинки с ВДНХ. Картина третья (корень учения горек, а плоды его ...)

   
Не лишён познавательного интереса бэкграунд успешного советского моряка торгфлота.

Тут было все просто - выпускник ВМШ, Владивостокской Морской Школы. Это ПТУ, фактически - 8 классов образования. В теории должны были вытягивать до программы общеобразовательных 10и классов, но "мы-то знаем"(с). 

Зато это блестящее образование обеспечило ему работу палубным матросом 2 класса. С доходом в три профессорских (за должность + степень), буквально на второй год.

Не уверен, что нынешние джуны имеют такой же рост.

Картинки с ВДНХ. Картина четвертая (кто не рискует - тот не обедает с пивом)

   
Что важно понимать - упомянутые сверхдоходы ловкого морячка это именно "доходы", но не "прибыль". Прибыль - это другое.  Доход же был совершенно по тем меркам безгрешным, то есть не нёс с собой практически никакого риска. Не суетись, не зарывайся - и ты всегда беспалевно будешь иметь скромное своё.

Разумеется, после того как зелёный мореход набирался опыта, ума-разума и осмысливал свои наблюдения - перед ним открывались новые зияющие вершины.

Там уже появлялся реальный риск, но и деньги были совсем другие. Добавлялся минимум нолик, а то и два. Понятно, что речь идёт не о банальной мелкой спекуляции, но - контрабанде. Даю слово самому персонажу:

"За контрабандистами установлена слежка, которая результата не дала. Контрабандисты были профессионалами. И ничего не оставалось капитану и помполиту, как обо все этом сообщить куда надо. В результате, один из моих друзей, работавший на рефрижераторе «Лариса Рейснер» был уволен из пароходства.

Он возил во Вьетнам фотопленку, фотобумагу, сливочное масло, электроприборы. И многое что другое. Этим товаром его снабжали береговые компаньоны. Все это продавалось в Хайфоне за американские доллары. Доллары во Владивостоке передавались на лесовоз «Лахта», на которые закупались джинсы в товарном виде. Почти два года моряки «крутили» эту тему, пока не налетели на стукача. Организовавший весь этот бизнес береговой матрос с рейдового катера получил пять лет реального срока. Никого не сдал. Взял вину на себя. Вышел условно - досрочно через два года.

Как я писал выше, моего друга с рефа уволили из пароходства. На срок раскрутить не смогли. Береговые компаньоны прикрыли – откупили. Под суд попал мой второй товарищ, артельщик с «Лахты». Он пошел как организатор преступного бизнеса в крупном размере. Его решили судить прямо в «бичхолле», то есть в гостинице моряков на «Посьетской», чтобы другим неповадно было. Обычно при таких показательных судах дают максимальный срок, который за незаконные валютные операции начинался от трех лет и до восьми. И судью подобрали соответствующую, принципиальную и суровую коммунистку.

Казалось все, финал суровый неотвратим. Вот только деньги и при советской власти играли главную, вернее наиглавнейшую роль. И моряки – контрабандисты не собирались ждать приговора в покорном ожидании. Пять тысяч рублей были заплачены кому надо. Принципиальную судью отправили в командировку в край, помогать провинциальным судьям. Артельщик с «Лахты» получил минимум. Всего три года «химии». Недалеко от морского вокзала стоял старый пассажирский лайнер «Якутия», который переоборудовали под заключенных – «химиков». Вот Слава там и числился год с небольшим. А там и условно – досрочное."

Вы непременно пожелаете узнать, друзья - а много ли находилось таких рискОвых? Хм. Кары за "левак" в советской торговле были ничуть не меньше, но не было торговой точки без "подземной" деятельности. Думайте сами.